vincenati

Category:

Венеция

Писать про Венецию глупейшее занятие.  Кто только о ней не писал?  Все будет банальным и плоским. У всех своя Венеция. Одно могу сказать, что не удивляться, не изумляться невозможно. Древнейший город полного абсурда, роскоши, безумия.
Писать про Венецию глупейшее занятие. Кто только о ней не писал? Все будет банальным и плоским. У всех своя Венеция. Одно могу сказать, что не удивляться, не изумляться невозможно. Древнейший город полного абсурда, роскоши, безумия.
Кто-то придумал и выстроил палаццо с  кружевами стрельчатых окон, облицевал белым камнем бесчисленные каналы, соорудил горбатые мостики. Безошибочно узнаваемый стиль, неповторимый городской пейзаж, уникальное место на планете
Кто-то придумал и выстроил палаццо с кружевами стрельчатых окон, облицевал белым камнем бесчисленные каналы, соорудил горбатые мостики. Безошибочно узнаваемый стиль, неповторимый городской пейзаж, уникальное место на планете
Спасибо ремонтирующейся дороге ( уже больше месяца висят на горе скалолазы и пытаются скрепить рассыпающуюся гору) мы выехали в 8.30.  Выезжали, спотыкаясь и роняя тапки.Доехали неожиданно быстро, не заметила, как в'ехали на тонкий перешеек, связывающий Терру ферма с Венецией. Солнце, закутанное в облака, не смогло осветить город, поэтому появился мираж в дымке, а затем стал проявляться узнаваемый силуэт.Оставили машину на парковке и  на вапоретто вплыли в город. Такое полное погружение в цвет, запах, воздух. Так начинается восторг.Знаешь, помнишь, ждёшь и все равно захлебываешься детским восторгом.Остановились мы в Пансионе Академия- мой давнишний долг- мечта Бродскому.
Спасибо ремонтирующейся дороге ( уже больше месяца висят на горе скалолазы и пытаются скрепить рассыпающуюся гору) мы выехали в 8.30. Выезжали, спотыкаясь и роняя тапки. Доехали неожиданно быстро, не заметила, как в'ехали на тонкий перешеек, связывающий Терру ферма с Венецией. Солнце, закутанное в облака, не смогло осветить город, поэтому появился мираж в дымке, а затем стал проявляться узнаваемый силуэт. Оставили машину на парковке и на вапоретто вплыли в город. Такое полное погружение в цвет, запах, воздух. Так начинается восторг. Знаешь, помнишь, ждёшь и все равно захлебываешься детским восторгом. Остановились мы в Пансионе Академия- мой давнишний долг- мечта Бродскому.
И этаж высокий с видом на канал, солнечный садик, зелёную переливающуюся водичку. Бросили вещи и...И такое же капризное нежелание ни музеев, ни театров, ни концертов, как и в предыдущие мои приезды.Академия- первое место, где останавливался Бродский. На Санта Лючия его встретила знакомая венецианка Мария Дория ди Зулиани и отвела в этот пансион, а не к себе домой, как рассчитывал Бродский.Кресла в холле те же, только сидели в них не старухи и никто не вязал.Пошли искать набережную неисцелимых.В Венеции почти отсутствуют набережные.
И этаж высокий с видом на канал, солнечный садик, зелёную переливающуюся водичку. Бросили вещи и... И такое же капризное нежелание ни музеев, ни театров, ни концертов, как и в предыдущие мои приезды. Академия- первое место, где останавливался Бродский. На Санта Лючия его встретила знакомая венецианка Мария Дория ди Зулиани и отвела в этот пансион, а не к себе домой, как рассчитывал Бродский. Кресла в холле те же, только сидели в них не старухи и никто не вязал. Пошли искать набережную неисцелимых. В Венеции почти отсутствуют набережные.
Квартал Дорсодуро имеет на редкость широкую и безлюдную  набережную.  Морозный воздух шевелил водорослями в зелёной воде. Был мощный отлив, обнажились обросшие ракушками и подводной зеленью столбы и  лестницы. Убегающее зимнее закатное солнце вытворяло неописуемые фокусы с водой.И ещё раз повторю, не было никаких толп.
Квартал Дорсодуро имеет на редкость широкую и безлюдную набережную. Морозный воздух шевелил водорослями в зелёной воде. Был мощный отлив, обнажились обросшие ракушками и подводной зеленью столбы и лестницы. Убегающее зимнее закатное солнце вытворяло неописуемые фокусы с водой. И ещё раз повторю, не было никаких толп.
Вот и набережная неисцелимых. И табличка про Нобелевского лауреата.
Вот и набережная неисцелимых. И табличка про Нобелевского лауреата.

Прелесть этих январских дней, что это временное затишье между праздниками. Город переводит дух после рождественских каникул в ожидании лавины на Карнавал. В некоторых витринах напоминали прл китайский Новый год. Китайцы обнаружились в дорогих магазинах и на полу пустой площади.

День по- зимнему короткий. Ночь наступила внезапно. Зажглись фонарики и многочисленные витрины. А еще включили свет в верхних жилых этажах.  И столько всего интересного: мощные балки, расписанные фресками потолки и венецианские люстры.

Мы проверили Иосифу Александровичу и пошли в тратторию Алла Риветта (Алла- это не имя, а предлог с артиклем).

По мнению Бродского, в этой траттории обедали гондольеры, что является гарантом аутентичной домашней кухни. Времена меняются, рядом с нами сидела пара молодых японцев и официант- полиглот, кроме оригато знал и другие слова по- японски.


Гулять по ночной пустой тихой Венеции - невероятное счастье
Гулять по ночной пустой тихой Венеции - невероятное счастье

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded